Загрузка ...
Песня о встречном
На примере российского киноискусства с необычайной наглядностью можно проследить, как именно возникает новый тип песни, вызревая внутри кинематографической структуры звукового фильма, как песня-лейтмотив становится важным драматургическим фактором, как она приобретает самодовлеющее значение, словно бы отрываясь от своего «носителя», «летит с экрана в жизнь», как, наконец, функционирует в жизни, получая самостоятельное и полноценное бытие завершенного произведения искусства.В первых, переходных от немого кино к звуковому картинах бытовая городская песня, мещанский романс и другие виды старого массового мелоса служат способом индивидуальной характеристики персонажа или среды: воровская песня «Позабыт-позаброшен» в «Путевке в жизнь», романс «Когда б имел златые горы» в «Златых горах», написанный Д. Шостаковичем романс «Какая хорошая будет жизнь» в «Одной», имеющий здесь ироническое звучание: наивность и ограниченность героини раскрываются с помощью нехитрого шар-маночного мотивчика. Ту же функцию характеристики имеет в трилогии о Максиме знаменитая впоследствии песенка «Крутится-вертится шар голубой» (адаптация городского романса «Шарф голубой»). Можно найти немало примеров сходного применения песни-«ха-рактеристики» и в более поздних картинах.Принципиально новым словом явилась «Песня о встречном» Д. Шостаковича, специально написанная для фильма «Встречный» (1932) на стихи Бориса Корнилова.Эта первая в истории подлинно массовая советская песня стала классической, до сих пор являясь непревзойденным образцом жанра. Возникая в голосе на титрах картины (голос заменил здесь увертюру, считавшуюся необходимой в ранних звуковых лентах), она далее переходит в хор, в симфонический оркестр, вновь возвращается к соло. Это лейтмотив фильма в полном смысле слова, его музыкальный образ, камертон его атмосферы.
Метки: кино
(Голосов пока нет)
Загрузка ...