Фиксация невидимого
Пожалуй, именно в технических искусствах — в силу их природы — такой подход к явлениям и процессам осуществим наиболее естественно и органично. В основе каждого из таких искусств — и фотографии, и кино, и телевидения — лежит акт фиксации видимого.Теорией этих искусств (прежде всего киноведением) давно доказано, что объект при фиксации не воспроизводится абсолютно точно, что здесь происходит определенная деформация видимого. Суть этой деформации с глубочайшей проницательностью объясняет Ю. Тынянов в статье 1917 года «О природе кино». Ученый говорит о пейзажных снимках — «видах», причем скромно замечает, что, может быть, это только его субъективное ощущение, но на фотографиях известные из жизни «виды» с трудом распознаются — только по отдельным, наиболее бросившимся в глаза деталям. Происходит это потому, что зафиксированный пейзаж выделен, вырван из окружающего пространства. Тынянов пишет: «Выделение материала на фото ведет к единству каждого фото, к особой тесноте соотношения всех предметов или элементов одного предмета внутри фото. В результате этого внутреннего единства соотношение между предметами или внутри предмета — между его элементами — перераспределяется. Предметы деформируются» (подчеркнуто в тексте.— В. М.). Сказанное здесь нельзя относить лишь к одной фотографии — подобное происходит при акте фиксации и в других технических искусствах — в кино и телевидении.Живописец, скажем, своими собственными, «ручными» средствами — цветом, линией — выделяет, акцентирует то, что его привлекло в изображаемом. На предмет, который воспроизводится, живописец накладывает сетку, структуру собственных, материализованных ощущений. Под кистью живописца преобразуется сама материя объекта — предмет теряет свою природность, первичность, растворяется в ощущениях, в представлениях художника. Объект приложения усилий художника, сама материя видимого под кистью художника, образно говоря, «дематериализуется». И если художник выявляет ее упорядоченность, то достигает он этого благодаря подобной «дематериализации».Поле приложения усилий «человека с камерой» совершенно иное. Он не трансформирует материю видимого, а получает ее механические, объективные отпечатки, лишь соответственным освещением или ракурсом подчеркивая в ней те или иные фрагменты, черты, характеристики. Как настаивает Тынянов, художник в технических искусствах оперирует прежде всего связями предмета с его окружением или связями частей самого явления. Выделяя, выкадровывая участок видимой действительности, «человек с камерой» вместе с тем препятствует растеканию этих связей, растворению их в неисчерпаемости мира; художник центрирует эти связи, собирает их в фокус, усиливает, акцентирует и тем самым деформирует видимое. Иначе говоря, акт съемки, сохраняя в неприкосновенности материю действительности, одновременно укрупняет внутренние ее взаимосвязи и соотношения, тем самым побуждая воспринимать действительность как организованность взаимодействующих частей. В силу этого «созидание по мерке каждого вида», то есть выявление внутренней целесообразности каждого объекта, и является тем методом технических искусств, который в наибольшей степени соответствует их природе.

